«Ситуация на самом деле серьезная и страшная» znak.com

«Ситуация на самом деле серьезная и страшная» znak.com
4 Июля 2017

В это дождливое лето особенно заметна проблема екатеринбургских улиц: во время ливней вода превращает их в венецианские каналы. Каждый новый потоп вызывает обсуждение среди горожан. Многие сходятся на том, что основная причина потопов — забитые мусором ливневки и устаревшая система канализации. Бизнесмен и преподаватель УрФУ Сергей Кислицын лучше других понимает, что не так с нашей ливневой системой: его компания «Аверс-СК» специализируется как раз на прочистке канализации. Для этого компания даже применяет роботов, которые забираются в трубы и обследуют их изнутри. Мы поговорили с Кислицыным о том, почему город регулярно топит и чем это грозит Екатеринбургу в будущем. Ну и заодно посмотрели, как его техника чистит канализацию (а для вас сняли это на видео).

— Итак, главный вопрос: почему же Екатеринбург регулярно затапливает?

— Ливневая канализация призвана собирать воду с дорог, тротуаров и направлять ее по трубам на отчистку или сбрасывать ее в реку, как делается у нас в Екатеринбурге. Первое, что встречает водный поток на своем пути, — это решетка, потом идет ливнеприемник и колодец, где должна отстаиваться грязь, оставаться песок и камни, и потом идет собственно сама труба. Проблемы могут возникать на любом из этих этапов. Даже из-за того, что в принципе нет самой трубы. 

Например, однажды мы приехали на засор в районе переулка Красный. Начали обследовать, выяснилось, что трубы там нет, а есть небольшой участок деревянной трубы, зарытой, скорее всего, в позапрошлом веке. Она была сделана из небольших дощечек по принципу бочки. 

Также причиной подтоплений становятся изношенные и сильно заиленные трубопроводы. Чаще всего трубы в основном забиваются мусором, песком, щебнем, кирпичами и, конечно, жиром, который оседает на стенках труб. Их надо промывать не реже раза в год. 

— То есть, если мы промоем трубы в Екатеринбурге, все нормализуется? Это сложная процедура? 

— Как это выглядит. Машина с 14-кубовой бочкой, наполненной водой, приезжает на объект. В люк опускается шланг высокого давления, на его конце — динамический снаряд, у него есть форсунки, в которые подается вода, и снаряд как ракета улетает прямо по трубе. Потом эти струи тащат все обратно, а вакуумный насос закачивает в освободившуюся бочку содержимое трубы.

— Зимой, в морозы это тоже можно делать?

— Можно. Кто-то заявляет, что якобы мыть ливневки зимой нельзя. Это не так. Мы работаем до минус 15 градусов в штатном режиме и до минус 20 градусов — в аварийном режиме. Мыть ливневки зимой даже лучше, чтобы весной встретить паводок в нормальном режиме.

— Как понять, промылась труба или нет?

— Мы делаем телеинспекцию: запускаем в трубу робота и реально смотрим, чистая труба или нет. 

— Что это за робот?

— Его называют Валл-и, как в мультфильме. Это немецкий робот, он позволяет обследовать трубы, тоннели, каналы диаметром до трех метров. Управляет им оператор с помощью джойстика. По сути это тележка, на которой стоит камера с высоким разрешением и с очень яркой подсветкой. На нем много датчиков и лазеров, он едет по трубе, фиксирует ситуацию, измеряет дефекты, если они есть. Все это записывается в специальную программу с точными координатами, параметрами и размерами дефектов. Вся информация обрабатывается и записывается на жесткий диск. 

— Вам приходилось находить что-нибудь необычное в трубах? 

— Однажды нашли люльку от мотоцикла. Скорее всего, угнали мотоцикл, люльку отцепили и бросили в открытый канализационный люк, ее унесло в канализацию. 

Бывает, в трубах лягушки прыгают, мыши бегают. Бывает, что в канализационные трубы случайно вставляют столбы освещения, пробивают их столбами для заборов, строительными сваями, газопроводом. 

— В каком состоянии сейчас канализационные трубопроводы в Екатеринбурге? Насколько они изношены?

— Простая математика: по данным из официальных источников, в среднем по России износ трубопроводов составляет 80%. Преобладающее количество трубопроводов — стальные (более 70%), их срок службы составляет около 15 лет. Умножаем одну цифру на другую и получаем, что через 17 лет у нас износ трубопроводов достигнет 100%. 

При этом по официальным данным, средние темпы замены трубопроводов по Екатеринбургу составляют меньше 0,5% в год, может даже чуть меньше. Таким образом, все нуждающиеся в замене трубы мы поменяем больше чем через 180 лет. Получается, если не изменить тактику, нас ждет большое количество аварий. Их число возрастет в геометрической прогрессии, и мы не сможем этого не замечать. Ситуация на самом деле очень серьезная и очень страшная. 

— Что надо делать, чтобы предотвратить коллапс? 

— Надо в первую очередь выявлять самые изношенные участки трубопроводов и вкладывать деньги туда. При этом надо строить полимерные трубопроводы сроком службы на 100 лет. Есть технологии бестраншейной укладки. Это надо вводить на законодательном уровне.

В данном случае тендеры, где побеждает тот, у кого дешевле, это однозначно — путь в никуда, путь к разрушению. Надо смотреть не на цену, а на качество. Ведь когда мы покупаем что-то себе домой, мы не выбираем самое дешевое, мы выбираем набор необходимых качеств, а уже потом смотрим на цену. Так и тут необходимо смотреть на срок службы трубопроводов, а не на их цену.

— Насколько это дороже?

— Многие почему-то до сих пор считают, что бестраншейная укладка — это дорого, но сегодня это однозначно дешевле, чем открытый способ производства работ. В итоге это позволит сэкономить. Можно сделать очень дешево, из некачественных материалов, а через год-два придется снова переделывать. Сейчас есть возможность укладывать трубы на 100 лет, и четыре поколения не будут знать проблем с трубопроводом. Коммуникации, которыми будут пользоваться четыре поколения людей! Это реально возможно делать на российских материалах, привлекая местные организации.

— Городские власти часто пользуются услугами частных компаний? 

— Муниципалитет пользуется нашими услугами крайне редко, только в самых критичных ситуациях. Особенно когда российская техника не может работать. Для примера, в Санкт-Петербурге канализацию обслуживают порядка 137 таких машин, как у нас. В Екатеринбурге, если собрать все «КамАЗики», можно набрать десятка два. 

— Сколько машин, по вашему мнению, необходимо, чтобы обслуживать екатеринбургскую канализацию? 

— Если это будет обслуживать частник, то десятка два машин будет достаточно, а если муниципалитет — то 200. 

— Почему такая разница? 

— Просто мы работаем, а они ходят на работу. У меня был оператор на «Скании», который когда-то работал в «Водоканале» на КамАЗе. Он за смену тратил на промывку труб четыре куба воды, а мы за смену тратим 40–60 кубов. Просто мы действительно работаем. После сделанных работ мы предоставляем заказчику отчет, чтобы он видел, что засор устранен, трубы чистые. 

— По вашему мнению, Екатеринбург стало больше топить? Нас ждет вселенский потоп?

— Стало топить меньше. Город стал, может, не чище, но зеленее, благоустроеннее. Потоп нас не ждет, но, если сидеть сложа руки, катаклизмы, конечно, наступят. 

 
Сервис обратного звонка RedConnect
^ Наверх